Булат Окуджава – Антон Палыч Чехов
продолжительность = 0.42 мин.


Превратности судьбы

Знаете, как глупо иногда всё получается. Нужна была мне эта ваша власть, как пирожки с капустой. Но – вот же ж.

Я, конечно, был довольно известен. Тысячи подписчиков в инстаграмме, набирающий популярность канал на Ютюбе. Мне-то, на самом деле, даже и это было не нужно. Но Ната с таким удовольствием вела канал. Говорила, что я звезда. Я не возражал.

Потом в нашем круге общения появился Петька. Мы быстро подружились. Ему-то в голову и пришла та идея… Эх, знал бы, чем все обернется – ни за что не согласился бы.

Я ведь вообще-то больше всего ценю покой. А с тех пор, как мы с Петькой записали то злосчастное видео, покой мне только снится. Первое видео разлетелось, как стая перепуганных воробьев. Потом были еще видео, встречи с журналистами, предвыборная кампания…

И вот – я здесь.

Один. Потому что Петька в последний момент слился. То ли смылся с деньгами, то ли… Нет, буду думать, что смылся, жрет красную рыбку где-нибудь на островах. Должно же было хоть кому-то из нас повезти.

Один, совсем один. Нату ко мне и близко не подпускают. Мол, нечего женщине делать в политике. А она просто по мне соскучилась, сдалась ей эта политика. Да и мне, если уж на то пошло.

Сегодня мой первый день в новой должности. Чертовски скучно. Передо мной – черный прямоугольник монитора, клавиатура и мышка. Мышка… Почему ее так называют, интересно?

Рассматриваю внимательно, словно впервые. Что-то общее и правда есть, пожалуй. Маленькая и с хвостиком. Если бы она была настоящей – конечно, не лежала бы смирно под моим взглядом, а уж попыталась бы уползти куда-нибудь за монитор…

***

Полчаса спустя двое мужчин, вошедших в кабинет, долго молча смотрели на экран компьютера.
– Вы уверены, Президент? – наконец осторожно спросил один из них, помоложе.
Но вид у Президента был непререкаемый.

Старший мужчина недовольно покосился на молодого, распечатал открытый на экране документ. Из принтера вылезла карта мира, на которой несколькими жирными черточками была недвусмысленно вычеркнута одна небольшая, безобидная, в общем-то, страна.

– Мне все-таки кажется, это как-то чересчур, – с сомнением проговорил молодой человек, когда они вышли за дверь, и снова уставился на карту. – И, главное, за что их? Совершенно непонятно…
Тот, что постарше, быстро набрал и отправил какую-то смску.

– А Вы что думаете? – обратился молодой человек к своему спутнику.
– А я, Александр Андреевич, ничего не думаю, и горя не знаю, – сухо ответил тот.
– Ну да, ну да, думать нынче опасно, – хмыкнул молодой человек. – Триста девятнадцатая, все дела. Но всё же – мне кажется, президент-кот – это перебор, Вы не думаете? Он же, в некотором роде, животное…
– Ага, попались, голубчик! – торжествующе хмыкнул его собеседник. – Животное – это уже явное оскорбление! Ни в какие рамки!
Из соседнего коридора вышли трое людей в форме…

***

…Карта мира все еще была открыта в Paint, и Васька продолжил гонять компьютерную мышку по столу.